• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Мероприятия
Книга
Философия культуры

Доброхотов А. Л.

М.: Издательский дом НИУ ВШЭ, 2016.

Книга
В ногу со временем. Сокращенное пребывание в настоящем

Люббе Г.

М.: Издательский дом НИУ ВШЭ, 2016.

Книга
Политический романтизм

Шмитт К.

М.: Праксис, 2015.

Книга
Телеология культуры

Доброхотов А. Л.

М.: Прогресс-Традиция, 2016.

Статья
"The Art of Penultimate Truth”: Dmitrii Prigov's Aesthetic Principles

Lipovetsky M., Kukulin I. V.

The Russian Review. 2016. Vol. 78. No. 2. P. 186-208.

Статья
Russian Literature on the Shoah: New Approaches and Contexts

Kukulin I. V.

Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. 2017. Vol. 18. No. 1. P. 165-175.

Открывая Россию заново: результаты осенней экспедиции Школы культурологии в Киров

Репортаж осенней экспедиции Школы культурологии «Народные художественные промыслы г. Кирова и Кировской области»

М.Фигура

Изучением художественных промыслов мы с коллегами из Лаборатории исследований культуры занимаемся уже несколько лет. Описание местных ремесел – обязательная часть программы ежегодных весенних экспедиций «Культурные эффекты границы». Мы видели, как делают знаменитое кубачинское серебро, знаем, как устроена индустрия ковроткачества в Иране. В сентябре четвертую за этот год экспедицию Школы культурологии мы провели в Кирове. Дымковская игрушка, вятская матрешка, капокорешковый промысел, кукарское кружево – наиболее известные промыслы края. Особенностью этой экспедиции было совмещение камеральных работ (в кировских архивах и библиотеке) и полевых исследований. Такой подход соответствовал цели нашей поездки – реконструировать историю ремесленных производств Вятского края и описать современное состояние сферы художественных промыслов в регионе.

Фото А.Сувалко

Кто-то из участников преодолел в экспедиции свой страх перед полем и провел первые самостоятельные интервью, удивляясь судьбам, творческим траекториям карьеры умелых кировских мастериц и хватких мастеров.

 В экспедиции пришлось столкнуться напрямую с миром народно-художественного промысла (далее  НХП), я частично поняла, как функционирует эта часть нашей действительности. Это важно для меня: теперь, когда сфера НХП наполнилась реальными, живыми людьми с их историями и даже реальными материальными объектами, она перестала быть отталкивающе-непонятной 

Альбина Заверткина, 2 курс, ОП «Культурология»

 

Кто-то впервые прикоснулся к документам прошлого, до которых раньше не дотрагивалась рука исследователя, и получил новый опыт переживания истории.

Фото А. Сувалко

 

Вдвойне приятно, что итогом экспедиции, помимо разрушения стереотипов о России, например, приходит осознание того, что ты, оказывается, умеешь работать, твои знания применены к реальности и тебе под силу создать с нуля своё исследование, изучая документы в архиве

Екатерина Закревская, 3 курс, ОП «Культурология»

 На ежедневных вечерних семинарах мы делились друг с другом своими наблюдениями от «встречи с реальностью» и рассказывали забавные истории, случившиеся в течение дня. Одной такой находкой стала докладная тридцатых годов о пьяной артбригаде, которая приехала культурно обслуживать колхоз, но вместо продолжения гастролей решила продолжить веселье – гулять пьяными по округе, спать в огородах, гонять ведомственное авто за вином, но самое главное – участники этого отпуска отказывались уезжать, пока не доедят купленного в соседней деревне барана. Судьба пьяной артбригады неизвестна.

Вечерние семинары мы начинали в библиотеке им. А.И. Герцена, а после ее закрытия продолжали делиться впечатлениями в одном из дружественных заведений города.

Удалось познакомиться с работой в архивах, встретиться с самобытными людьми, неравнодушно относящимися к своей работе, узнать о перспективах и проблемах народных промыслов сегодня

Полина Рынькова, 3 курс, ОП «Социология»

На третий день мы перестали считать обращения к нам случайных людей, которые становились невольными слушателями наших рассказов: это были предприимчивые сотрудники частных музеев, журналисты федеральных СМИ и просто счастливые горожане, которые подарили нам бутылку хорошего шампанского в честь рождения сына.

Самым ярким событием экспедиции стала поездка в поселок Каринторф, который связывает с «большой землей», городом Кирово-Чепецком, одна из последних действующих в России узкоколеек. Проводниками по местным достопримечательностям, большинство из которых могли быть отличными декорациями к постапокалиптическому фильму, неожиданно для всех стали одиннадцатилетний школьник Кирилл и его подруга Даша. Они показал нам ход в бомбоубежище на территории бывшего Торфяного завода, кладбище поездов в заброшенном депо и даже пригласили на субботнюю вечеринку.

фото В. Куренного

А кто катался на узкоколейке, свисая над проносящейся травой с тамбурных поручней? Кто видел кладбище поездов? Мы катались, мы видели. И это было очень круто

Мария Четверикова, 2 курс, ОП «Культурология»

 Фото В.Куренного

 

Переживание от Каринторфа дополняли мрачные истории, рассказанные кировочепецким краеведом. Герои его историй сходили с ума или запомнились безумными выходками: будущий олимпийский чемпион, обозначая свои притязания на большой спорт перед тренером, прыгнул из окна четвертого этажа в сугроб; нелюдимый местный житель стал лучшим сотрудником морга, а женщинам, находящимся на предродовом сроке, приходилось в этой же больнице «перешагивать через жмуриков», чтобы дойти до столовой.

Фото А.Сувалко

Экспедиция дала мне понимание того, что мир вокруг – это огромное исследовательское поле. Участники экспедиции постоянно находят какие-то невероятно интересные темы, которые тебе даже в голову не приходили,  рассказывают про них так, что ты сам загораешься этой темой, что хоть диплом по ней пиши…

Ольга Вилкова, 2 курс ОП «Культурология»

Казалось, участники экспедиции готовы ко всему. Но в один из последних дней поездки мы познакомились с современным вятским фольклором, один из главных героев которого – отважный Яранский глинышек с глиняным горшком на голове вместо шляпы– спасает родной город от рептилоидов-чиновников, которые, подобно художникам-авангардистам, мечтают очистить город от исторического наследия.

Вы выходите в поле и меняете, если угодно, угол зрения: то, мимо чего всегда проходили, становится объектом вашего исследования. И название проекта  открываем Россию заново – ничуть не лукаво в этом отношении. Мы смотрим на привычное, может и известное, но с позиции исследователя. Такой опыт не получишь в университетской аудитории

Елизавета Захарова, 3 курс, ОП «Культурология»

Хоть такие путешествия разрушают много стереотипов и мотивируют свободно мыслить, как говорят участники экспедиции, очевидно, что подобное столкновение с реальностью невозможно пережить без рюкзака с антидепрессантами: в чате Телеграма появился экспедиционный стикерпак и куча локальных мемов, подкрепленных десятками снимков в Инстаграме с хэштегом #cultexp. Помимо многочасовых интервью и заметок по сотням архивных документов, участники экспедиции привезли домой жизнерадостный символ этой поездки против осенней хандры – дымковскую игрушку.

Фото А.Сувалко

Кроме того, сложно переоценить дидактический потенциал экспедиции, ведь теперь многие ее участники не сомневаются в выборе темы курсовой работы: уже есть проработанные документы, пара интервью, а главное – приобретенные в поле навыки. Эта экспедиция получилась про движение почти во всех смыслах. Когда двигаешься и во времени – Каринторф, где, как известно, «время остановилось» –  и в пространстве, а еще и в каких-то своих собственных знаниях, что-то в самом себе да изменяется, что, как отметили участники, немаловажно.

 Могу с уверенностью сказать, что экспедиции Школы Культурологии  это нечто большее, чем просто экспедиции

Мадина Калашникова, 2 курс, ОП «Культурология»

Фото В.Куренного